anna_earwen: (Default)
В Африке - весна, у меня - студенты и летние - нет, весенние - нет, летние школы: по нейронным сетям, которые внезапно в моде, в ходу и на слуху. Мою науку вынесло на гребне волны, я плыву по течению, ловлю парусом ветер, выравниваю курс. Жизнь после диссера есть наверняка, осталось разобраться с диссером. За неделю нас быстренько учат TensorFlow, и мы с К., коллегой, соавтором и ролевой моделью, тут же программируем на пару то, до чего руки у меня не доходили уже полгода. Из К. вышел бы идеальный научник - жаль, что метаться уже поздняк. С другой стороны, напоминает К., есть жизнь после диссера. Я надеюсь на встречу по ту сторону докторской. По дороге туда и обратно мы, перебивая друг друга, обсуждаем возможные темы исследований.

Школа забивает последний гвоздь в гроб для роевых алгоритмов. В голове моей ясно, в сердце моём холодно. Хорошо, поставим на градиенты, но эволюционные и популяционные методы ещё вернутся - помяните моё слово. Слишком изящны они, чтобы не быть правдой. И ясность, холодная ясность в голове, сложившийся паззл, точная схема, щелчок шестерёнок: все модели ложны, но некоторые - полезны.

И, как всегда, прекрасные, отличные, удивительные люди. Гугловские южно-африканцы, вложившиеся в школу бескорыстно, работающие без остановки на моторе из любви и страсти - к науке и своей земле. Крохотная девушка с Мадагаскара, разыскивающая черничные галактики при помощи искусственного интеллекта. Австрийский иранец Рамин, работающий над созданием первого виртуального дождевого червяка, которому суждено пройти тест Тьюринга: если биолог не сможет отличить искусственного червя от настоящего - значит, они равнозначны! И милая, милая Э., идеальный попутчик, сосед по поезду и парте, сестра по разуму, partner in crime.

А хипстерский чернокожий бариста, которого мы удачно разыскали на чужом кампусе посреди обеденного перерыва, научил меня отличать каппучино от flat white, и то и другое - от кортадо. В общем, слава знаниям.

anna_earwen: (телефон)
Выходишь на улицу из промозглого коридора и удивлённо чихаешь: тёплый ветер, запах акации, вот и пришла весна.

Я препод на батарейках, и батарейки мои скоро закончатся: две дюжины лекций за пару недель, новый рекорд. Зато на следующей неделе я снова сброшу преподскую шкурку и сяду за парту: повышение квалификаций и амбиций - вот девиз нашего департамента!

Тем временем Dorian Consort продолжает собираться по вторникам. Мы давно не обходимся одним только пением: на второе всегда чай и кулинарные эксперименты, и разговоры, долгие, долгие разговоры. Меган родила ребёнка и переместилась в иное измерение, на смену ей пришла Лора, которой всего 22: кареглазая птица с кошачьей повадкой, красивая как-то совершенно запредельно. Лора поворачивается ко мне и говорит: а я знаю одного из твоих студентов. Имя им легион, отвечаю. Она улыбается: говорят, не меньше половины класса влюблены в русскую Анну! Смеюсь: так я и знала.

Нежность плывёт по венам и подступает к горлу: только в стране вечного лета можно жить такую простую, линейную, ясную жизнь. Вставать с рассветом, ложиться с закатом, много работать, петь по субботам и вторникам, молиться по воскресеньям. Наверное, это и есть мои полые холмы - кажется, жизнь здесь пройдёт очень быстро: семь лет, Томас? Не семь, а семьдесят.

Всего две ветки у этого дерева: влюблённость и знание.
anna_earwen: (Default)
Сегодня лорд Грегори догнал меня в круговом марафоне вокруг солнца. Во сне я спасала его от банды разбойников (и во сне я, между прочим, вполне сносно дерусь), наяву - испекла противень эклеров, взбила крем со сгущёнкой, залила всё шоколадом... И отправилась на работу - читать лекции от восьми до восьми.

И я, конечно, ужасно рада, что в этом самом что ни на есть обыкновенном измерении нашёлся человек, с которым мне однозначно лучше, чем самой по себе. Напарник, товарищ, второй пилот с запасной картой и кислородной подушкой. Когда меня что-нибудь подводит - то моральный закон внутри сбоит, то звёздное небо затягивает тучами - есть этот человек-компас, стрелке которого можно доверять. И это, пожалуй, главное.

My dear Gregory, always remember that the trick is to die young as late as possible. I love you.

mr_bosman_by_anna_earwen-da7b8bm
anna_earwen: (телефон)
Москва всегда казалась мне зыбкой фантасмагорией, немного наивной, немного зловещей, русской до предела, и одновременно - потусторонней, параллельной, ни во что не вписывающейся, ни с чем не сравнимой. Она со смаком вытягивала из меня все соки, съедала меня целиком. В Москве мне было головокружительно тоскливо, до тошноты, до потери сознания - и здесь же продувало иногда насквозь ветром надежды, возможности, вероятности - самой невероятной. Мне по-прежнему кажется, что если есть где-то зелёные двери-порталы - они должны быть здесь, на границе между сном и сном: проснувшись от одного, оказываешься в следующем. А яви, кажется, в принципе не существует.

anna_earwen: (Default)
Конечно, я привела лорда Грегори в свой зачарованный лес - тот, что в пяти минутах от дома, до которого - двадцать лет. Комары чуть не съели нас с потрохами. "Правильно," - объяснила я лорду, - "нельзя просто так взять - и войти в волшебную страну."

Но это неправда: можно.

anna_earwen: (books and owls)
Декан раскачивается на стуле, задавая мне вопросы. Права Марианна: we are all mad here.
- Ну и как вам жизнь в академии, миссис Босман?
- I love it. - улыбнувшись и пожав плечами.
Я люблю студентов, а они любят меня, остальное - остальное. Вот и сегодня - ещё одно письмо, спасибо, мэм, у вас идиотские примеры и прекрасные лекции. Спасибо, мой добрый сэр, я возьму и такую похвалу. Случайно подслушанный разговор в коридоре: я думал, будет, как в прошлом семестре, но Анна... Функции... Производные... Задерживаюсь на минуту, ковыряю ногтем стену, нет, нет, подслушивать нечестно - и все же ухожу в кабинет, и вставляю наушники - я просто делаю своё дело, и с каких-то пор точно знаю, что делаю его хорошо. Письмо из Канады, где я умирала в начале года: все влюблены в Анну, нельзя ли прислать её снова? "Полетишь?" - спрашивает Андрис Петрониус. "Полечу!" - отвечаю я. И в Канаду. И на Марс. Как договаривались.

Меня выселили с пятого этажа под предлогом ремонта, я оказалась на четвёртом - в кабинете К., моей женской ролевой модели от академии. Я уже расклеила постеры, разложила дырявые китайские монетки, расставила книги и артефакты. И отправила статью в журнал, разумеется. В кабинете К. очень хочется быть на неё похожей, это совпадение не может быть совпадением. Ну, по крайней мере любовь студентов я уже снискала - остаётся отрастить в себе ученого.

- А ваша диссертация, миссис Босман? Как вы собираетесь развивать департамент?
Хотя бы не разваливать, профессор. Заменить ушедших, заполнить лакуны, передать соль. Я - звено цепочки, строка алгоритма, ветка дерева. Мне здесь место.

Это испытательный срок в два года подошёл к концу, и универ принял меня - снова и навсегда.
anna_earwen: (top hat)
Забрав нас из Домодедово, добрый дядечка-таксист помчался с юга на север через самый центр Москвы: ему захотелось быть первым, кто покажет лорду Кремль. Лорд, не привыкший к дальним перелётам, сладко спал на заднем сиденье, пока мы с водителем традиционно обсуждали, как нам обустроить Россию. Когда Кремль наконец-то забрезжил за окном, лорд очнулся и удивлённо сказал: "Надо же... он гораздо больше, чем я представлял." Я мысленно потёрла руки: это только начало национальной гигантомании!

anna_earwen: (top hat)
Мы с коллегой обедаем на лавочке, мимо плывут студенты: с лекций, на лекции и мимо лекций, стайками, парами и в одиночку. Коллега уже прочла пару с утра пораньше, на ней знатная синяя толстовка с надписью характерным шрифтом: "Hogwarts wasn't hiring, so I teach muggles instead". Мы едим, болтаем ногами и перебираем последние факультетские новости. Тут из красивой и юной толпы выходит мальчик и идёт прямиком на нас, вытянув вперёд руку. Только когда он подходим совсем близко, понимаю, в чём дело: на запястье у него - татуировка: дары смерти - круг, вписанный в треугольник, пересечённый вертикальной линией - камень, плащ, палочка. Сообщает с гордостью: "А ещё у меня на ноге вытатуировано Hogwarts!" Улыбаемся в ответ: "Nice!"

Студент уходит, а мы начинаем хохотать. Студенты и преподаватели едины в любви к сказкам. Поколение Гарри Поттера, охотники за чудесами, насельники волшебных миров внутри черепной коробки. Always.
anna_earwen: (top hat)
Сегодня я впервые задраила люки и вышла в открытый космос в гордом и неприступном одиночестве. То есть, сначала лорд Грегори укатил, оставив меня с ключами от машины и без ключей от дома. Да, даже у контрол-фрика срабатывает автопилот! К счастью, лендлорд (совсем другой лорд - хозяин квартиры - а что вы хотите, у нас колониальный колорит) на ту пору был дома. Он выдал мне запасные ключи, поздравил с получением звездолётческих прав, и обещал в скором времени изготовить мне персональную связку. Чем больше у тебя ключей - тем больше свободы!

Заправив космические карты в планшеты, я тихо вылетела навстречу неизвестности парикмахеру и продуктовому магазину. Да, хоббитские цели, зато эпический настрой! Дон Джованни привёл мою голову в божеский вид (смутно готовлюсь ко второму семестру), а в продуктовом я взяла леденцы - и конверты. И отправилась-таки на почту: забирать подарки и отдавать долги. Опустив конверт в красный ящик, я торжественно купила шоколадку в соседнем магазине. Кассирша подняла глаза и спросила недоверчиво: "Вы что же, за одной только шоколадкой сюда пришли?" - Как, как тут обьяснить символичность жеста, не вдаваясь в патетику? Я просто кивнула: именно так!

На обратном пути заправленные в планшеты карты сыграли со мной злую шутку: вывели на незнакомые задворки и заставили сделать пару кругов перед приземлением у дома под холмом. Я петляла вокруг да около дома и разговаривала со звездолётам вслух, почему-то по-английски. Однако, моя взяла: я сегодня каталась по дорогам Претории без присмотра, и не умерла от страха! Леденцы в этой истории тоже неспроста: завтра мы с лордом Грегори летим в Дубну, на планету Солярис. Сегодня он внезапно простудился. Ну, зато мы отлично впишемся в ваш дождливый пейзаж.
anna_earwen: (Default)
Рассказ о Доностии можно закончить перечнем чудес. Это будет очень по-фраевски, хотя я совсем не вижу мир таким: заколдованным и на всё способным. Я могу петь лишь невыносимую логичность бытия, его прекрасную закономерность и жестокую стройность, непреложность последствий, неизбежность выводов, точность формул.

IMG_5343

*** )
anna_earwen: (top hat)
Необходимо зафиксировать: в среду я получила водительские права. То есть получила я их в четверг, но сдала экзамен уже в среду - с первого раза, себе на удивление.

Ещё с вечера я приготовила "счастливую" одежду: любимый серый свитер и носки с лисичьими ушками. Да, у меня диплом программиста, десяток научных статей и диссер в асимптотическом процессе, и я предаюсь бытовым суевериям.

Экзамен принимала красавица-негритянка, что меня мгновенно расслабило и успокоило: я люблю красивых женщин. Почему-то, представляя себе экзамен, я рисовала в мыслях грубого мужика, который будет бубнить что-то себе под нос, я буду по три раза переспрашивать, а он - сердиться на мою тупость. Но нет: женщина с копной чёрных кудрей устало отдавала точные команды, которые я методично выполняла. На парковке и горке я не потеряла ни единого очка. Выехав на дорогу, принялась глохнуть от страха. Зато никого не убила, ничего не нарушила и вертела головой, как сова.

Я поверю, что это действительно произошло, только после первого одиночного путешествия. Например, от дома до работы. А дальше можно и на Марс.
anna_earwen: (Default)
Я видела множество красивых стран, но не видела ни одной счастливой. В какой шкаф ни войди, прежде, чем выйти в Нарнию, споткнёшься о гору скелетов. Хорошо, что мне, человеку русскому, к тоске не привыкать: я легко глотаю пилюлю фирменной баскской горечи, выношенную веками, словно отравленное золотое яичко. В музее народа басков я предаюсь эмпатии и встаю на сторону террористов, потому что нельзя одним людям запрещать другим то, из чего они сделаны: язык, культуру, душу, честь, свободу, совесть. У басков болит история от начала времён до конца века. Впрочем, у кого она не болит?

Здесь царственно и пышно, мне всё время кажется, что я попала в кино: например, в романтическую комедию шестидесятых, а может, в приключенческий фильм - что-то вроде Фантомаса, любимого фильма моего детства - с горами, морями, смешными погонями, злым гением где-то на фоне, и красивыми девушками в огромных солнечных очках. Нет-нет да и прочтёшь на стене лично тебе адресованное: "Tourists, go home!" Или: "Туризм убивает Доностию!" Это становится мемом: вероятность каменного обвала? Скользкие ступеньки на крутом спуске? Проеденная ржой металлическая скульптура, которая вот-вот сядет тебе на голову? Правильно: туристы убивают Доностию, а Доностия убивает туристов! Страна Басков наносит ответный удар!

Но мы, конечно, пыжимся: какие ещё туристы, мы юные маги, молодые учёные, нас, в конце концов, сюда пригласили! Каждое утро мы с Т. встречаемся в фойе пансиона ровно в 7:30 утра и идём искать завтрак - если перейти через площадь Марии-Кристины и пройти мимо театра Виктории-Евгении, можно выйти к бару на углу. В нём всего пять столиков, книжный шкаф, печатная машинка, медная труба старого граммофона и красивый бармен, который с первого раза запоминает, и пять дней подряд исправно повторяет один и тот же заказ: два кофе, чёрный - мне, с молоком - Т., два апельсиновых сока, два круассана и пончик. При всей исторической ненависти к французам, проявившим себя дурно в наполеоновских войнах (в частности: они сожгли этот город до тла), баски всё же пекут великолепные багеты и круассаны.

В последний день конференции, удачно выступив (я первый раз не волновалась ни до, ни во время, ни после - это прорыв), мы традиционно сбегаем, не дослушав - потому что ноги чешутся исходить этот город вдоль и поперёк. На холме у самого океана - столетний парк развлечений, ещё одна игрушка испанской королевы - вот, вот, вот с чего надо начать! Вверх ползёт деревянный фуникулёрчик. Наверху ветер и полу-заброшенный, полу-закрытый парк аттракционов - мы ещё вернёмся сюда в субботу, впихнёмся вдвоём в жёлтую машинку номер три и зададим жару местной детворе. Сегодня можно пойти в комнату страха (пыльные крысы и вампиры, поднимающиеся из гробов - классика жанра: "А представляешь, как страшно это было бы... двадцать лет назад?") и прокатиться на американских горках: кассир меняет монетки на билеты, запирает кассу, садится на козлы поезда и спрашивает: готовы ли мы? Мы хохочем, как настоящие взрослые. Поезд тарахтит и несётся над синей бездной.

Overflow

Jun. 25th, 2017 09:51 pm
anna_earwen: (road)
Аэропорт Доностии принял самолёт на единственную взлётную полосу, дверь-трап откинулась, и пассажиры засеменили в сторону стеклянных дверей, прикрываясь от дождя кто чем. Будка паспортного контроля пустовала, таможенники ушли отдыхать: воскресенье, вторая половина дня, должна у туристов быть совесть, в конце концов? Пока я чистила зубы в туалете, аэропорт Доностии закрылся - просто, как продуктовый магазин. Возле стоянки такси переминались с ноги на ногу несколько растерянных путников. Видно, и таксисты в Доностии не брезгуют законной сиестой: полчаса спустя, так и не дождавшись кэба, мы сели в первый попавшийся автобус.

Знаете, на что больше всего похож этот город? На миядзаковскую сферическую Европу в вакууме. Помните Порко Россо? Именно на такую Европу: с огромными шляпами и зонтиками от солнца, кружевными перчатками, ажурными балконами на витиеватых фасадах, эркерными окнами и прочей невыносимой элегантностью бытия. Эта миядзаковская ностальгия, перемешанная с эстетством, всегда казалась мне романтическим эскапизмом, грустным, обречённым: тоской об ушедшем, то ли уже не существующем, то ли вовсе не существовавшим. Я вышла из автобуса на парадную площадь Марии-Кристины, королевы Испании, и оказалась посреди Прекрасной Эпохи, залитой дождём.

Наш пансион расположился на этаже старого дома: с лифтом в ажурной металлической клетке, обитым инкрустированным деревом, с дверцами, которые надо по очереди открывать руками, и маленьким полосатым пуфиком в кабинке.

Как истинная африканка, я привезла с собой ворох платьев, и ни одной пары обуви, годной для дождя. Если не считать пары вьетнамок. "The rain in Spain," - напомнила я себе, закатывая джинсы, - "stays mainly in the plain." Если бы лица фасадов могли гримасничать, они бы точно скривились, а Мария-Кристина уж наверняка поджала в гробу истлевшие губы, увидев меня посреди своего королевского великолепия - в толстовке, сланцах и подвёрнутых джинсах.

Тёмная Атлантика сердито билась в стенки залива. Я купила полкило черешни по дороге. Кажется, у испанского барокко теперь всегда будет черешневый привкус: я сидела в маленькой комнате пансиона поздно вечером, поджав под себя продрогшие ноги, и ела черешню в полном одиночестве.

anna_earwen: (road)
Завтра я, поскрипывая сердцем и старыми костями, пойду записываться на экзамен, страшный, ужасный и неизбежный: по вождению. Настало время космических скоростей! Обзавестись правами в стремительном 2017-м году будет, по крайней мере, логично. Я всё ещё избегаю утренних пробок, но уже довольно бодро, почти без судорог в коленках, доставляю звездолёт от универа до дома под холмом. Кажется, у меня есть только два водительских модуса: избыточно вежливая английская старушка-тихоход и пресловутый русский с птицей-тройкой в анамнезе. Угадайте, кто включается чаще.

Сдать на права - и укатить к дубненским соснам на неделю. Осознать новую степень свободы в начальной точке сборки. Все важные события своей жизни я так или иначе окунаю в Волгу, по завету русского нео-фольклора. Помнишь меня, Солярис? Я еду пересчитывать твои атомы, перебирать твои сосновые косточки, собирать зелёные нейтроны, словно чернику в лесу.

Год самолётов, год дорог над облаками. В день своего рождения я пеку шоколадный торт, разворачиваю подарки, рассовываю по бутылкам розы, подаренные папой, пью чай с сестрой, целую лорда, собираю чемодан - и лечу на конференцию по эволюционным алгоритмам: в Бискайю, в Испанию, в заколдованную страну Басков, говорящих на языке, неведомом даже Риму. Иногда мне кажется, что я получаю не по заслугам, а из-под полы, контрабандой - не по справедливости, а по любви, случайно и щедро.

От алгоритмов птичьих стай я давно отбилась, я вообще давно отбилась от рук, меня интересуют только мыши искусственные мозги, поэтому на конференции я слушаю и наблюдаю легко и почти не предвзято - редкость, однако. Андрис Петрониус благословил своим присутствием одну из аудиторий, выпил с нами сидра и был таков - чего ещё вы хотели от трикстера себе-на-уме? С нами - это со мной и с Т., с тем самым Т., который однажды возил нас с Э. в ламантиновое паломничество по старому новому свету под нескончаемый джаз. Э. с тех пор вышла замуж не за Т., что по-прежнему повергает меня в лёгкое уныние - впрочем, Господу видней, а я отвлекаюсь.

Как видите, конференции в моей жизни - сугубо семейное дело. Треть человек я уже знаю в лицо, доброй дюжине могу радостно улыбнуться: привет, я не помню, как тебя зовут, и не помню, из какой ты страны, но помню, о чём твоя диссертация!

К нам с Т. прибивается компания чехов с Михалом во главе - тем самым, что подарил мне плюшевого крота-в-городе, если вы знаете, о чём я. Мы косплеим аристократию на банкете, передавая друг другу бокалы с шампанским, и травим бесконечные алгоритмические шуточки. Михал - старый знакомый, долговязый очкарик с бритой головой, хитрым лицом и отличным чувством юмора, с ним можно говорить о хаотических системах и культурных особенностях пост-советского пространства. Мы видимся не реже двух раз в год в самых непредсказуемых точках планеты. Маленькой, маленькой планеты, которую я по-прежнему не знаю почти ни на йоту. Что знала я о Стране Басков до того, как оказалась здесь? Ровным счётом ничего. Я изучаю историю и географию этого мира понемногу: на ощупь, на вкус, наугад.

В зале пленарных заседаний перед докладом звучит ненавязчивая музыка. Вслушиваюсь: nothing really matters, anyone can see... Ого, кажется, нас раскусили!

Две пленарки, одна за другой: дифференциальная эволюция двадцать лет спустя, из уст отцов-основателей Сторна и Прайса. Михал наклоняется и шепчет: "Перед тобой - боги эволюционных алгоритмов!" Посмеиваюсь: о да, Американские боги! В студенчестве эти двое придумали хороший метод, потом один из них стал отличным бизнесменом с ослепительной улыбкой, другой... так и остался вечным студентом. Один из них выходит на кафедру в идеально сидящем костюме, другой - в старой футболке, мятых джинсах и ослепительно-красных кроссовках. Угадайте, кто мне нравится больше.

Я брожу по секциям без прицела, собираю в блокнот идеи для экзаменов, пью горький кофе и любуюсь людьми. На секции по искусственному иммунитету подтверждаю свою догадку: искусственный иммунитет скорее мёртв, чем жив. Надо честно доложить об этом Андрису Петрониусу и студентам. Зато роевой алгоритм живее всех живых, и скоро улетит на Юпитер на самом настоящем звездолёте. Улыбаюсь: so this is rocket science, after all.

А после конференции мы остались в Доностии на выходные. Мы - это я и Т., друг, товарищ и гик. Но о Доностии преступно рассказывать без картинок. Я подожду.
anna_earwen: (Default)
На день рождения лорд Грегори подарил мне три пластинки: In the realm of the dying sun, We were born to die, и Depression cherry. К слову о родственных душах.

Я стою в очереди на посадку, у меня место у окна, две книги в рюкзаке, и конференция в приморском городке. До связи!
anna_earwen: (top hat)
Что делала Аня сегодня утром? Запускала старый звездолёт "с толчка". И - нет, я не за рулём сидела. Я, ничтоже сумняшеся, толкала тонну железа, нарядившись предварительно в кремовый свитер с вышивкой: коралловая помада, подтаявшее мороженое. Для полного когнитивного диссонанса отчётливо не хватало вот такенных каблуков. И так всегда: сколько бы ни было эпоса внутри, снаружи вечно творится какой-то непреходящий ситком. Преимущество кроссовок перед каблуками: пока лорд не давал свежеподтолкнутому звездолёту заглохнуть, я взяла ключи, села в соседний звездолёт и бодро заехала в неприступный гараж с не менее неприступного угла. А ведь только позавчера я лежала на кровати лицом вниз и рыдала: привет, свежая царапина на капоте, прощай, надежда - я умею программировать компьютеры, но никогда не научусь водить! Ерунда, конечно: водить я уже умею. Дело за малым: потихоньку, одно за другим, спустить все водительские движения, жесты, алгоритмы и импульсы из сознания в подсознание. Самое невозможное из заданий: just stop thinking about it. Как все мы знаем, нельзя просто так взять - и перестать думать.

Этот пост спонсирован макабрическим карнавалом под названием "Конец семестра", в лекторском народе прозванным Малым Апокалипсисом. Хорошо, что мы верим в жизнь после смерти. Вот там и отоспимся.
anna_earwen: (top hat)
На прошлой неделе моих первых студентов короновали бакалаврскими кисточками, на этой я вдохновенно рисую постеры ко дню открытых дверей: идёт сезон охоты на школьников. Отвергнув банальную идею робота с указующим перстом и слоганом "Computer Science needs YOU," нарисовала киборга на фоне нулей и единиц. Вербовать так вербовать! "Join the Digital Revolution" - приписала я справа от киборга. А потом подумала - и исправила "revolution" на "evolution". Так-то оно правильней.
anna_earwen: (Default)
Вдруг это утешит припорошенных снегом москвичей? В Африке нынче - осень. Холодный самайновский ветер стучится в окна, треплет ловца снов. Что наловил ты за ночь, ловец? Сны про мертвецов. Я рисую пальцем на запотевших окнах и пытаюсь вспомнить: мёртвой я была во сне или живой? Кажется, всё-таки мёртвой.

Проявишь плёнку, а там - октябрь прошлого года. Вот и пришло время довязать шарф, дочитать книгу, доделать дело. Остался один месяц до конца семестра - и до конца тридцатилетия. И правильно, в общем, что конец семестра и конец личного года - совпадают. Разве могло быть иначе?

anna_earwen: (телефон)
У бельгийского братa модная причёска: оранжевые волосы схвачены в петлю чуть выше затылка. Он по-прежнему носит шляпу, ван-гоговскую бороду и лёгкую неприкаянность. Три часа, три чашки кофе: большая, средняя, маленькая - объём убывает вместе со временем, мы обмениваемся словами, как наркоторговцы - жадно и торопливо. Или как космонавты, водолазы, лётчики-истребители - все, у кого слова по счёту, потому что время - на счету. Когда я поднимаюсь из-за столика с привычной оговоркой "студенты ждут," Жульен жалуется: я же не расспросил тебя толком ни о чём! Отвечаю: ну, время всегда барахлит в магнитном поле такого разряда. Зато мне чертовски приятно тебя видеть. Мне всегда будет чертовски приятно тебя видеть. Какие-то штуки в этом мире постоянны, как ни странно. Так вот ты - одна из этих штук.

Бродим по кампусу, обнимаем друг друга на прощание крепко - и без задней мысли, договариваемся встретиться на следующей неделе, чтобы договорить - но ты-то знаешь, что не договорим. И даже не встретимся. А встретимся мы - через год, когда Земля облетит вокруг солнца. На то и кольца у Сатурна, чтобы их пересчитывать. Космический масштаб сложно сжать до земного.

А вообще, получается, я первый раз в жизни призналась Жульену в любви - вслух. И без задней мысли.

September 2017

S M T W T F S
     1 2
3 456 789
10111213141516
171819 20212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 04:44 am
Powered by Dreamwidth Studios